Никакой воды, никакого ревербератора, никакой пощады: 40 лет бессмертному шедевру Slayer — «Reign in Blood»!

Сорок лет спустя эта пластинка остается монументальной вехой, навсегда изменившей звучание, темп и сами границы возможного в тяжелой музыке.

К середине 1980-х годов в трэш-металле уже выстроилась своя иерархия, на вершину которой взобралась Metallica после подписания контракта с Elektra в 1984 году. У Slayer к тому моменту вышло два альбома на независимом лейбле Metal Blade — «Show No Mercy» и «Hell Awaits», — и они шли следом, однако, как писал музыкальный журналист Дон Кай (Don Kaye) для издания Louder, никто «тогда особо не ожидал, что Slayer подпишут крупный мейджор-лейбл, потому что они играли слишком тяжело».

Затем последовал неожиданный союз. Хип-хоп-лейбл Def Jam, стоявший за успехом Run-DMC и Beastie Boys, положил глаз на группу, а его босс Rick Rubin добивался их подписания упорнее любого другого конкурента. Альбом, родившийся в результате этой сделки, «Reign in Blood», поступил в продажу 7 октября 1986 года. Гитарист Kerry King вспоминал в интервью для Metal Hammer: «Мы тогда даже не осознавали, насколько особенной получилась работа. Мы знали, что это круто, но и подумать не могли, что об этом будут говорить следующие 30 лет».

Амбиции были предельно осознанными. «Мы становились дерзкими, — вспоминал барабанщик Dave Lombardo в интервью для устной истории Louder. — Мы уже выпустили два альбома и поездили по турам». Владелец Metal Blade Брайан Слэгел (Brian Slagel) сформулировал цель прямо: «На „Reign In Blood“ у нас была единая установка: „Мы хотим записать самую быструю и тяжелую пластинку из всех, что когда-либо создавались“».

Новый материал рождался иначе, чем прежде. Гитарист Jeff Hanneman купил записывающее оборудование и начал делать демо-записи, принося группе кассеты с уже готовыми барабанными партиями, риффами и аранжировками. Он тогда серьезно увлекся западным побережьем панк-рока. «TSOL, Minor Threat, Dead Kennedys, Circle Jerks... Джефф постоянно открывал новые группы», — рассказывал Dave Lombardo. «Это определенно стало поворотным моментом». Вокалист и бас-гитарист Tom Araya отмечал, что никто и не думал сглаживать углы: «Керри и Джефф говорили, что не хотят записывать медленный альбом; они хотели сделать что-то быстрое. Они даже не подозревали, что получится настолько быстро...»

У Rick Rubin почти не было опыта работы с метал-сценой. Он впервые увидел Slayer в нью-йоркском клубе The Ritz и рассказывал в той же ретроспективе: «До концерта я ничего о них не знал, и они просто снесли мне крышу». Реакция Kerry King на сотрудничество была менее восторженной: «Был ли я фанатом хип-хопа? Нет, не был».

Группа отправилась в лос-анджелесскую студию Hit City West вместе с Rick Rubin и звукоинженером Энди Уоллесом (Andy Wallace). Dave Lombardo запомнил это место как весьма скромное: «Студия располагалась в небольшом здании на Пико и Ла Сьенега Бульвар. Ничего роскошного». Свои партии он записал на удивление быстро. «Кажется, я управился за три-четыре дня, — вспоминал он. — Никаких компьютеров, никакого софта. Все было от репетировано: поймал темп, нажал кнопку записи и постарайся не накосячить».

Главным секретом смены звучания стало удаление лишнего. На «Hell Awaits» группа активно использовала плотный ревербератор, и Jeff Hanneman позже описывал разницу так: «У „Hell Awaits“ был такой «стены звука» в стиле Фила Спектора продакшн. Рубин сказал: „Вам это не нужно. Без ревербератора звук станет агрессивнее и будет бить прямо в лицо“». Kerry King помнил момент, когда пазл сошелся: «Кто-то тогда сказал: „Тебе не нужен ревербератор, чтобы звучать круто“. Когда эта мысль улеглась в голове, мы подумали: „Окей, а это звучит чертовски собранно“».

Rick Rubin подошел к делу с позиций увлеченного фаната, обладавшего собственной теорией и не обремененного шаблонными метал-привычками. В интервью Рику Беато (Rick Beato) в 2024 году он объяснял свой подход: «Я не хотел, чтобы это превращалось в кашеобразный гул баса; я хотел получить четкий пульс». И добавлял: «Я действовал через вычитание, а не добавление. Мы возвращались к самой сути». Единственное, чего он просил добавить — это ощущения угрозы. Единственной претензией Rick Rubin, по данным MusicRadar, было то, что группа слегка отошла от сатанистической эстетики первых двух альбомов, и в какой-то момент он потребовал: «Больше сатаны!» «Они удалялись от своих корней», — смеялся он. Тот же материал цитирует Jeff Hanneman о том, где создавалась львиная доля треков — в комнате его девушки у ее родителей: «Когда ее папа возвращался домой с работы, мы выпивали по три-четыре мартини, играли в видеоигры, а потом я писал музыку в ее спальне».

Десять песен свели ранние масштабные композиции группы к жесткому минимуму. «Angel of Death» открывает пластинку хронометражем в 4:51, а Jeff Hanneman написал ее после того, как во время гастролей зачитался книгами о Йозефе Менгеле. Dave Lombardo охарактеризовал настроение коротко: «Была установка: „Давайте будем брутальными. Давайте будем зловещими, темными“. Я считал, что это великолепно». Финальный трек альбома сложился в буквальном смысле в последнюю минуту. Kerry King рассказал, что дописывал текст для «Raining Blood» прямо в холле студии: «Кажется, Джефф как раз записывал дорожки внутри. У него не было идей для той части, над которой работал я, и он бросил: „Ладно, давай я попробую. Я закончил“». Любимый отрезок альбома для Dave Lombardo — это переход из «Postmortem» в «Raining Blood», который он называет «чудовищным» и добавляет: «Это эпично, как один трек перетекает в другой». Альбом завершается целой минутой звуков дождя.

Краткость релиза удивила абсолютно всех, включая вокалиста. «Все 10 песен уложились в 28 минут, — говорил Tom Araya. — По контракту полноценный альбом должен длиться хотя бы 45 минут. Я спросил Рика, нормально ли это. Его ответ свелся к следующему: „Здесь 10 песен, что составляет альбом. В них есть куплеты, соло и припевы“».

Обложка получилась не менее вызывающей, чем сама музыка. Rick Rubin привлек Ларри В. Кэрролла (Larry W. Carroll), политического иллюстратора, чьи работы печатались в The Progressive, The Village Voice и The New York Times, а не штатного художника тяжелой сцены. «Нам нужна была обложка, которая отражала бы нашу суть, — объяснял Tom Araya. — Мы не стремились сделать свой аналог эдди от Iron Maiden, но визуал должен был разить наповал».

Кэрроллу передали музыку и тексты, в ответ он создал гротескное, перенасыщенное видение ада: демоническая фигура с козлиной головой восседает на троне над морем отрезанных голов в окружении искореженных тел и религиозной символики. В дальнейшем Кэрролл оформит обложки для «South of Heaven» и «Seasons in the Abyss», но именно «Reign in Blood» заложил визуальный язык, ставший неотделимым от Slayer: жестокий, оккультный, пугающий и сознательно тяжелый для восприятия.

Затем в дело вмешался дистрибьютор. Релизы Def Jam выпускались через Columbia, а президент компании Уолтер Йетников (Walter Yetnikoff) счел «Angel of Death» антисемитской и отказался выпускать альбом, если открывающий трек не уберут. Группа ответила отказом. «Внезапный поворот — звукозаписывающая компания больше не хочет издавать пластинку, — вспоминал Tom Araya. — Мы такие: „Ебть...“» Воспоминания Kerry King столь же прямолинейны: «Я в то время ни черта не смыслил в мире. Я подумал: „Это самая нелепая чушь из всех, что я слышал“».

В итоге альбом приютил лейбл Geffen, который намеренно не стал ставить свой логотип на пластинку и исключил ее из официального графика релизов. Dave Lombardo считает, что этот скандал пошел на пользу: «Мы просто шли за Риком и тем, что он задумал, и это действительно сработало нам на руку, создав вокруг альбома ореол тайны. Людям стало любопытно». Музыкальный журналист Дон Кай вспоминал, что мейнстримные журналы тогда практически игнорировали группу, а единственная заметка в Rolling Stone появилась лишь после того, как Columbia отказалась распространять релиз.

Группа неоднократно опровергала обвинения в поддержке нацизма, а контраргумент Kerry King, который Louder приводит из интервью Loudwire 2015 года, оставался неизменным: «Мой ответ на это с первого дня звучит так: если вы включите это на History Channel и уберете оттуда Slayer, это будет познавательная, увлекательная поездка по Второй мировой войне. Добавьте туда Slayer и тяжелый метал — и все сразу: „О, да они же серьезно!“»

Пластинка так и не попала в ротацию радиостанций. Она дебютировала на 127-й строчке Billboard 200, поднялась до 94-го места на шестой неделе, добралась до 47-й позиции в Великобритании и получила «золотой» статус в США 20 ноября 1992 года. Первая реакция Брайана Слэгела была лаконичной: «Это выглядело так, будто тебе 29 минут подряд молотят по голове».

На живых выступлениях альбом сносил все на своем пути. Тур стартовал в Хэллоуин 1986 года в театре The Moore в Сиэтле, где на разогреве играли Overkill. Вокалист Overkill Бобби «Блиц» Эллсворт (Bobby "Blitz" Ellsworth) запомнил этот прием: «Мы вышли перед Slayer под град летевших в нас мокрых бумажных полотенец, зажигалок Zippo и монет». Dave Lombardo описывал последствия хедлайнерских сетов: «Они очищали площадку после концерта, ты шел по залу, а вокруг стояли лужи крови». Позже в том же году он покинул группу, но Rick Rubin звонил ему ежедневно, предлагал зарплату и в конце концов сам заехал за ним на своем Porsche, чтобы отвезть на репетицию, когда барабанщик вернулся в коллектив в 1987 году.

Что делало «Reign in Blood» столь шокирующим, заключалось не только в скорости песен. Между слушателем и группой почти не оставалось преград. Гитары звучали брутально «сухо», барабаны казались живыми и близкими, а не спрятанными за студийными эффектами, а аранжировки почти не оставляли времени на передышку. Никаких грандиозных вступлений и попыток сделать насилие «прилизанным». Пластинка просто обрушивалась на слушателя на полной скорости и не сбавляла оборотов до самого конца.

Репутация альбома росла с годами. Журнал Decibel в ноябре 2004 года включил его в свой Зал славы как самый первый альбом, а у Kerry King нашлось более прагматичное объяснение долговечности релиза. Он рассказал Kerrang!: «Если бы вы выпустили «Reign in Blood» сегодня, всем было бы наплевать. Дело было в моменте; это была смена звучания. В трэш-металле тогда никто еще не слышал настолько качественного и мощного продакшна на пластинках. Просто сошлось воедино множество факторов». Дон Кай отметил, что альбом «ощущался не столько эволюционным шагом, сколько новой планкой для всего, что должно было последовать за ним», а Слэгел добавил, что он «вывел экстремальный и супертяжелый металл к массовым слушателям. Он проложил дорогу для Pantera и множества других групп, добившихся успеха».

Но его непреходящая сила выходит далеко за рамки простого влияния на тысячи последователей. Dave Lombardo подмечает нечто более личное в том, что люди говорят об альбоме: «Хотя музыка могла быть агрессивной и жесткой, мне неоднократно рассказывали, как она помогала людям пережить самые ужасные моменты их жизни. И это действительно ценно». На фоне всех разговоров о скорости, тяжести и брутальности именно это может оказаться главным мерилом истинной жизнеспособности «Reign in Blood».

Этой осенью группа отмечает юбилей на сцене. Slayer завершили гастрольную деятельность в 2019 году, но воссоединились в 2024-м. Отыграв альбом целиком в Шакопи, штат Миннесота, 4 сентября (их первое полноценное исполнение пластинки с 2014 года), они повторят шоу в рамках латиноамериканского тура, который начнется в Мехико 21 октября, а также на арене Kia Forum в Инглвуде, Калифорния, 13 и 14 ноября — это будут их первые концерты в Лос-Анджелесе за семь лет.

Сорок лет спустя «Reign in Blood» звучит не столько как артефакт из 1986 года, сколько как предостережение, которое почему-то не перестает быть актуальным. Его влияние повсюду, но масштаб воздействия трудно измерить цифрами: десять песен, 29 минут, ни единого лишнего движения и концепция звучания, обнажившая тяжелый металл до его самых свирепых первооснов. Slayer изначально ставили цель записать самый быстрый и тяжелый альбом в своей жизни. Возможно, сами того не подозревая, они создали релиз, который наотрез отказался стареть. Пластинка заканчивается едва ли не раньше, чем вы успеете сделать вдох, и, пожалуй, именно в этом кроется самая суть Slayer.